Background. Sepsis is a severe and life-threatening clinical syndrome characterized by a dysregulated host immune response to infection. This maladaptive response promotes widespread endothelial injury and abnormalities in coagulation, often progressing to multi-organ dysfunction and death. Mortality rates remain high, highlighting the urgent need for reliable biomarkers to enable early identification of patients at high risk. Such tools are particularly valuable in low- and middle-income countries (LMICs), where access to advanced diagnostic and therapeutic resources is limited. Monocyte Chemoattractant Protein-1 (MCP-1) is a chemokine that reflects hyperactivation of the innate immune system, while D-dimer indicates activation of coagulation and fibrinolysis. Although both pathways are central to the pathophysiology of sepsis, data evaluating their combined prognostic value in LMIC settings remain scarce. This study aimed to assess the prognostic significance of MCP-1 and D-dimer, both individually and in combination, for predicting 28-day mortality in patients with sepsis. Materials and methods. We conducted a prospective cohort study involving 83 adult patients with newly diagnosed sepsis at Dr. Saiful Anwar General Hospital, Malang, Indonesia. Serum MCP-1 levels were measured using enzyme-linked immunosorbent assay (ELISA), and plasma D-dimer levels were determined by immunoturbidimetry at the time of diagnosis. Patients were followed for 28 days, and survival outcomes were evaluated using Kaplan–Meier survival analysis and Cox proportional hazards regression models. Results. Among the 83 participants, 58 patients (70%) died within 28 days. Non-survivors demonstrated significantly higher MCP-1 and D-dimer levels compared with survivors. An MCP-1 concentration ≥ 123.03 pg/mL was strongly associated with increased mortality (HR 2.664, p = 0.005). Elevated D-dimer (≥ 43.5 mg/L FEU) showed a weaker individual association, but when combined with MCP-1, predictive accuracy for mortality was significantly enhanced (HR 3.986, p = 0.037). Conclusion. The concurrent elevation of MCP-1 and D-dimer identifies patients with sepsis who are at markedly increased risk of death. These findings support the potential utility of integrating inflammatory and coagulation biomarkers for early risk stratification. Moreover, they highlight the central role of the inflammation–coagulation axis in sepsis pathophysiology, with particular relevance for clinical practice in resource-limited settings.
Введение. Сепсис представляет собой тяжелый жизнеугрожающий клинический синдром, характеризующийся нарушением регуляции иммунного ответа организма на инфекцию. Такой дезадаптивный ответ способствует обширному повреждению эндотелия и нарушениям коагуляции, часто прогрессирующим в полиорганную дисфункции и летальный исход. Показатели смертности остаются высокими, что подчеркивает острую необходимость в подборе надежных биомаркеров для раннего выявления пациентов высокого риска, что особенно актульно для стран с низким и средним уровнем дохода (СНСД), где доступ к передовым диагностическим и терапевтическим ресурсам ограничен. Моноцитарный хемоаттрактантный белок-1 (MCP-1) — это хемокин, отражающий гиперактивацию врожденного иммунитета, в то время как D-димер указывает на активацию коагуляции и фибринолиза. Хотя оба биологических каскада играют центральную роль в патофизиологии сепсиса, данных, оценивающих их совокупное прогностическое значение в условиях СНСД, получено недостаточно. Целью данного исследования была оценка прогностической значимости определения уровня MCP-1 и D-димера — как по отдельности, так и в сочетании — для прогнозирования 28-дневной смертности у пациентов с сепсисом. Материалы и методы. Было проведено проспективное когортное исследование с участием 83 взрослых пациентов с впервые диагностированным сепсисом в больнице общего профиля им. д-ра Сайфула Анвара в Маланге, Индонезия. На момент постановки диагноза уровень MCP-1 в сыворотке крови измерялся с помощью иммуноферментного анализа (ИФА), а уровень D-димера в плазме — методом иммунотурбидиметрии. Наблюдение за пациентами проводилось в течение 28 дней, а результаты выживаемости оценивались с помощью анализа выживаемости Каплана–Майера и регрессионных моделей пропорциональных рисков Кокса. Результаты. Из 83 участников 58 пациентов (70%) умерли в течение 28 дней. У невыживших пациентов наблюдались значительно более высокие уровни MCP-1 и D-димера по сравнению с выжившими. Концентрация MCP-1 ≥ 123,03 пг/мл была значимо связана с повышенной смертностью (ОР 2,664, p = 0,005). Повышенный уровень D-димера (≥ 43,5 мг/л ФЭЕ [фибриноген-эквивалентная единица]) сам по себе не всегда являлся неблагоприятным прогностическим признаком, однако сочетанное повышение содержания D-димера и MCP-1 являлось более точным предиктором летального исхода (ОР 3,986, p = 0,037). Заключение. Одновременное повышение уровня MCP-1 и D-димера позволяет выявить пациентов с сепсисом, имеющих значительно повышенный риск смерти. Указанные данные подтверждают потенциальную применимость сочетанной оценки воспалительных и коагуляционных биомаркеров для ранней стратификации риска, а также подчеркивают центральную роль оси воспаление–коагуляция в патофизиологии сепсиса, что особенно актуально для клинической практики в условиях ограниченных ресурсов.